Спектакль “Трава и вино” реж. Виестурс Мейкшанс, отзывы прессы.

Источник http://www.diena.lv
09.02.2010

В. Мейкшанс сценический вариант «Трава и вино» по мотивам фильмов «Красота по-американски» и «Монголия»

источник фото http://www.vdt.lv

источник фото http://www.vdt.lv


Режиссер - Виестурс Мейкшанс
Художник-постановщик - Рейнис Сухановс
Костюмы - Ева Уэйтса и Рут Бриеде
Музыкальное оформление - Мартин Мейер

Ундине Адамайте

Не понятно, почему постановку называют “Трава и вино”? В этот раз все кроме, по-моему, переоцененной реализации “Золотого коня” (прим. постановка Валмиерского театра) было убедительно и действенно. Удачно «совпали кости» – ожидания зрителем латвийского театра рассказов более близких современности, жажда более правдивых проблем 21 века и способность творческой группы преподнести это в захватывающей (не морализирующей) форме. Этой постановкой (теоретически – и у Топдогов и Homo erectus в национальном театре) было прекращено игнорирование реалий нашего времени.
Творческой группе удалось прекрасно воссоздать интонационные виражи – истинные американские/латышские горки пародий и гротеска чуть ли ни от горечи до лирики, достойных Велбека. Необходимо пожать руку актерам, которые, входя в типизацию вплоть до карикатуры, одновременно способны «украсить» своих героев и некой личностной тайной, и индивидуальностью и в финале постановки довести их вплоть до чеховской щемящей боли. Безусловно, все во Вселенной не может быть наделено силой позитивного мышления… Однако камертон не меняется механически, как, скажем, в машине переключается рукоядка.
Жемчужина спектакля – роль Инги Силини – подросток Жанет словно ожившая иллюстрация из психотерапевтических учебных материалов. В кудрях скорчилось чудаковатое создание, которое состоит из капюшона, неправильного прикуса, очков, спрятанной груди (слишком большой), не менее большой любви к своим родителям, таким же количеством комплексов и «прыгающего» самосознания. Взяв за матрицу постановки идею о «лидерстве» и «успешности» проживания в квартире студийного типа, в латвийском обществе за последнее десятилетие доведенную до фарса (творческое общество с Рейнисом Сухановым продолжается), ансамблю удалось сказать много чего существенного о своем времени и его людях. Но не только. В финале исполненная Дочь Севера Юмправы (Ziemeļmeita группы Jumprava), кажется, подключилась к экзистенциальной мечте о счастье всех «маленьких людей» мира. «Где моя дочь севера?» и стремления Чехова «видеть небо в одних лишь алмазах» - есть ли различия? Сомневаюсь.

Генриетта Верхоустинская

Как может получиться так, что все из 1 акта во второй части превращается во что-то совсем другое, для меня остается захватывающей загадкой. Мейкшан и Суханов (режиссер/сценограф) вместе с актерами Валмиерского театра сначала демонстрируют нарочито (даже с париками) «клишейную» череду образов и ситуаций, при этом завершаяя ее ключом гротескной пародии (очень смешно!). Здесь есть и серьезно располневшая мещанка, и хипующий скучающий по молодости отец-подкаблучник, и замученная комплексами девочка-подросток в очках, и лицемерная русская блондинка, и армеец, который сына, наркомана и приверженца готического направления, дрессирует в духе войны, и даже проповедник позитивизма – удачный гуру маркетинга. Мейкшана нельзя назвать создателем новой истории – везде прослеживается сюжет фильма под названием Красота по-американски. Однако узнаваемость «наших» – это меткое попадание: клише точно покрывает опыт зрителя, обличая пустоту и нелепость «позитивного мышления» (все в твоей голове, визуализируй и ты это получишь!). В процессе работы некоторых актеров, превращающейся в шедевры, во втором акте происходят сложно определяемые изменения – не меняя способ исполнения своей роли, актеры трогательно, но безжалостно диагностируют как конкретные проблемы своих героев, так и латышский менталитет как таковой.

Сильвия Радзобе

Очень интересная, беспощадная, смешная, лично обращающаяся, вовлекающая, профессионально изысканная, ансамблическая, загадочная постановка, с которой в нынешнем театральном сезоне Латвии может соревноваться только валмиерский “Золотой конь”. Завидно созидательное сотрудничество режиссера и сценографа Рейниса Сухановса: очень многие постановки в Валмиере состоялись, вовремя которых публика сидела прямо на сцене, но только сейчас стало видно, какие содержательные перспективы открывает данный прием. Представление требует мужественного зрителя, который готов себя лицезреть и под воздействием психологического терроризма, и в роли жертвы. Вряд ли я видела постановку, в которой бы повествовалось об ужасах существования настолько легко и весело. В голове возникает мысль о том, что после первого акта можно спастись, и, казалось бы, ты уже готов покинуть зал. Однако ты все-таки остаешься в театре вместе с остальными сидящими на скамье и ожидающими второго акта, перед кем пока задернут занавес. Это даже ничего, что некоторые вкладыши мне показались лишними, и что нервы в первом акте преобладали над изображающим Эстер Бурницкую, а не наоборот. Очень хорошо играл К. Салминьш, Т. Ласманис, И. Книплок, И. Пуке, И. Страд, Е. Ване (во втором акте), но буквально шедевр создала И. Силиня.

***Перевод с латышского языка силами www.teatroblog.ru

Оставить комментарий

Рубрики